форрест

Храни нас, Павел Героич !

pavelsheremet посвящается ...



«Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши; и если волной снесёт в море береговой Утёс, меньше станет Европа, и так же, если смоет край мыса или разрушит Замок твой или друга твоего; смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе». Джон Донн

Я хочу поблагодарить Алену Притулу за то счастье, которое она подарила Павлу, за Украину, за Киев, которые стали его домом, источником вдохновения, любви и востребованности!
За то, что благодаря ей он оказался в Киеве и дарил свой свет такому количеству радиослушателей; что делал такие важные проекты для белорусов и, несмотря на все перипетии его судьбы; оставался общественно-политическим журналистом воплощая свой главный профессиональный талант! Его убил не Киев, а какие-то подонки, которые не знают ценности человеческой жизни. А жизнь такого человека как Павел – бесценна!
Я не верю ни в белорусский, ни в российский, ни в украинский след. Каждая из этих стран, если бы хотели избавиться от Павла, сделали бы это уже давно и в более подходящих условиях, не оставляя следов, - а это они умеют. Подонки, у которых рука поднялась на Павла, не имеют национальности. Эти нелюди не усвоили ни культуру, ни мораль ни одной из национальностей. Нет такой страны, ценности которой проповедуют убивать утренних радиоведущих.
Кому мог сейчас Павел перейти дорогу из политиков, если самое опасное, что Павел сделал в своей жизни - это книга про Лукашенко? Те, кто не жил долго в Беларуси, представить себе не могут, какой это был подвиг Павла Шеремета как журналиста, и как человека! Написав книгу «Случайный президент», он снял маску с чудовища, поставив свою жизнь на карту. Все белорусы в долгу перед ним, а особенно те, кто эту книгу прочел. После этой книги мысли о смелости и гражданском поступке Павла не дает мне покоя больше, чем мысль – как жить в Беларуси дальше, зная все про Лукашенко и его приспешников. Белорусы не толерантные, у нас в венах течет страх, и тем более необычна внутренняя свобода Павла Григорьевича – он как лучший белорус из нас всех, удивительным образом не отравленный страхом.
Я не имела чести знать Павла Григорьевича лично, и больше никогда не смогу этого сделать. Лукашенко лишил нас Павла Шеремета очень давно, и я сейчас безумно сожалею, что не знала, что Павел по-прежнему в строю, что он активный и публичный, пишет и вещает. Я буду наверстывать упущенное – столько ответов на многие мои внутренние вопросы есть в его публикациях и телепередачах. Впереди у меня тысячи часов его архивных эфиров, интервью, и есть возможность согреться его теплой душой, которая, хочется верить, вечна. Он остался с нами навсегда: его фильмы, статьи, радиоэфиры, его оптимизм и жизнелюбие никто и никогда у нас не заберет. Павел говорил и на тему смерти - он не пасовал перед нею. Но его смерть – такая боль! Сил мало сопротивляться такой потере, в сердцах многих людей – зияющая рана, но то, как он справлялся со смертями своих друзей, как не унывал и не сдавался, хороня одного за другим – может помочь нам справиться с его смертью.
Он часто переживал то, что сейчас переживаем мы – одна только смерть Бориса Немцова чего стоит. Павел не сломался, не обозлился, не раскис, - и нам не следует. Пусть каждый из нас возьмет от Павла Григорьевича по кусочку его позитива, жизнелюбия, профессионализма, ответственности и самокритичности, сдобрит щепоткой юмора и добра, и, проживая свои жизни и судьбы, мы сделаем мир вокруг нас светлым, добрым и справедливым – таким, каким и был Павел Шеремет.
В воспоминаниях друзей, в фильмах, эфирах и репортажах он воскресает вновь и вновь, становясь бессмертным нашим ангелом-хранителем.
форрест

Под бой курантов. Будущее

Оригинал взят у bither в Под бой курантов. Будущее
Оригинал взят у dimagubin в Под бой курантов. Будущее
Через несколько часов на экранах почти всех российских телевизоров появится одинокий, несчастный, стареющий мужчина, никогда, похоже, не умевший любить, а с годами разучившийся доверять и улыбаться. У него - одиночество и, как нередко у таких стариков при власти бывает, прогрессирующая паранойя: мания преследования. В третьем томе акунинской "Истории..." при реконструкции личности Ивана IV Грозного даны мнения психиатров по поводу маний автократов с неограниченной властью. Он настолько боится удара, что не может, в отличие от американского или европейского президентов, канцлеров, премьер-министров сказать: "Вот мои дочери, а вот женщина, с которой мне хорошо, и пожалуйста, примите как факт, что эта женщина со мною".
Он один, и, что самое печальное для нас (и еще более печальное для него), что в этом одиночестве он всерьез считает, что он - это и есть 146-миллионная страна, которой он единственная скрепа, и все рухнет, если не он. А все враги вокруг (а все вокруг - враги) только и мечтают, чтобы рухнуло. Так что он - Атлант, несущий на себе шар земной в одиночку.
И нет ни одного человека в мире, который сказал бы ему, сочувствуя и любя: "Вовка, дурачок, да расслабьте, и в жопу гони косметолога, а то они обкололи тебя, как барабан. Я тебе дам телефон, позвони, там все сделают и правда хорошо".
Этот одинокий человек в своей бесконечной осени делает одно: напрягая все силы, заставляет одну седьмую часть суши никуда не двигаться в эпоху, когда стремительно, стремительно, стремительно меняется даже не мир, а парадигма жизни Homo sapiens.
Одинокий старик верит в прежние силы, то есть в силу насилия и денег, он верит в тайную полицию и commodities, он верит в то, что составляло основу уходящего века. Он создает арктические войска и ненавидит всех, кто не дает его стране, то есть ему, стиснув зубы, не шевелясь, дождаться времен, когда он снова будет диктовать миру условия, потому что будет ворочать в одиночку commodities - нефтью, газом, металлом, рудой, сырьем. Будущее для него - изменение набора commodities. Ему сказали, что в будущем супертоваром будет питьевая вода, например. Он услышал.
А будущее - вон оно, совсем другое. Компания Uber - всего-то создавшая платформу для функционирования такси без таксопарка, и всех с машинами превратившая в таксистов на час, а всех без машин превратившая в пассажиров - по капитализации стала стоить дороже "Газпрома". Биткоины, как не запрещай, становятся международной валютой, для эмиссии которой не нужен ЦБ. В Европе люди с ветряками и солнечными батареями сбрасывают излишки энергии в общую сеть, превращаясь из потребителей энергии в генерирующих агентов, так что производство энергии осуществляется совместно, по принципу торрентов, а не по принципу скачивания файла-гиганта по имени "Роснефть" или "Газпром" в условиях дурной, контролируемой одиноким, несчастным, боящимся заговора стариком.
Будущее - это материализация интеллекта и децентрализация ресурсов и обрабатывающих агентов. Распределенные усилия, объединяемые в сеть. Будущее - это отказ от системы индустриальных распределителей, как бы они ни назывались - "полиция", "минкульт", "государство". Думаю, довольно скоро мы увидим, как полицию заменяет "uber"-полиция, когда к месту преступления устремляется ближайший дрон или ближайший свободный мужчина с оружием и айфоном.
Старик пугается по делу: в будущем нет места тому государству, которое он знает и понимает, в будущем нет места старику и тем, кто молится на государство-мастодонта, неповоротливое и неэффективное, централизованное и толстожопое, которое много жрет и много срет, и которое не умеет реагировать на изменившийся мир, кроме как грозным рыком и ударами лап \.
Посмотрите на старика на телеэкране - несчастного ихтиозавра в парке индустриального периода Земли - и уберите звук. Неважно, что он рычит, или что он пытается выдать за грозный рык.
Что-то он в будущем году или будущих годах покрушит, но питательная база, как и территория обитания, будет все сокращаться, а мир вокруг будет превращать остатки ареала его обитания в безопасный для наблюдателей зоопарк.
Поднимите шампанское за будущее, в котором каждый создает общий мир и общую страну, - а не один, никак не подготовленный к власти и к задачам управления, незадачливый и неудачливый клерк (до 45 лет - вообще ничем, кроме провала избирательной кампании Собчака, не проявивший себя чиновник), поставленный другими охранять захваченное, которое он теперь искренне считает своим.
Будущее планеты, мира, людей не имеет отношения к этому несчастному ихтиозавру, который дал всем вокруг индульгенцию на превращение в рычащих нелюдей, и на том построивший свою власть.
Выпейте за будущее.
Выпейте за мир.
И выпейте за то, чтобы быть людьми, то есть обладателями ума и частью глобальному суперума, и выпейте за то, чтобы не расчеловечиваться.
Включите фоном к молчащему телеку, не знаю, Хампердинка, Земфиру или Леди Гагу - и используйте старика лишь как  метку для отсчета большого исторического времени.
С новой эпохой!

P.S. Что смотреть ночью? Ну не скачущегося же по всем каналам козликом Киркорова, который, право, был бы куда как уместен исключительно в роли жертвы для "Американской истории ужасов"? На echo.msk.ru с 23.00 до 2.00 новогоднюю ночь ведет Дима Быков, вживую. На sovsekretno.tv новогоднюю ночь c 23.05 до 1.05 веду я, в записи. Гости - от Добровинского до Ерофеева, от Глуховского до Розовского.

P.P.S. Последняя (в этом году) возможность поучаствовать в выходе книжке моих лучших интервью (с последующим разоблачением техники и технологии) "Интервью как "Вишневый сад"" - здесь.

P.P.S. Моя наиновейшая, только что вышедшая в "Альпина Бизнес Бук" книжка "Губин ON AIR.
Внутренняя кухня радио и телевидения" есть в продаже в "Москве" в Москве на Тверской (стеллаж 242, полка 4), в Московском Доме Книги на Арбате,  на OZON.RU.


Елизавета Хотина. Рассказ (воспоминание) о ёлке 1938 года в Ленинграде

reposted by books_in_me
Яркий праздничный день. Наступил Новый, 1938 год. Мы с тётей Катей и Толей приглашены на ёлку к неким Денемаркам – друзьям тётикатиной семьи. Тётя Катя – сестра моего папы. Папа работает теперь врачом-невропатологом в городе Чудово, находящемся на стопервом километре от Ленинграда. Приблизиться к Ленинграду, где живёт его семья, хоть на один километр ближе ему «не положено», потому что он «высланный – репрессированный». Никому, даже самым главным начальникам, не известно, за что. Толя – мой двоюродный брат, младший сын тёти Кати, кудрявый мальчик. Он хоть и старше меня на два года, но ростом не выше. Ростом он не вышел из-за врождённого порока сердца. Мы с ним большие друзья, но в наших играх, шалостях и «приключениях» чаще всего зачинщиком и организатором является он. Мне девять лет. Для своего возраста я очень маленькая и худенькая.


фото тематическое - елка конца 1930-х годов в СССР

В настоящее время (в конце декабря 1937– в январе 1938 года) наша мама (моя и моей сестры-восьмиклассницы) лежит в больнице. Мы с сестричкой живём пока одни в комнате, снятой у старика-хозяина на Екатерингофском проспекте. За нами «присматривают», в основном по телефону, мамина младшая сестра и тётя Катя. На выходной приезжает из Чудова наш папа и занимается нашим воспитанием и кормлением.

Тётя Катя – очень полная сорокалетняя дама – с большим энтузиазмом приняла приглашение своих друзей Денемарков привести нас с Толей на ёлку. У этих друзей-художников были маленькие внуки. Денемарки предупредили тётю Катю, что праздник будет костюмированным и что нам нужно прийти в костюмах и масках и обязательно исполнить какой-нибудь номер – ну, скажем, спеть, станцевать, продекламировать стихи или показать какую-нибудь маленькую пьеску.

За неимением другой, более романтичной маски (все маски в «игрушечных» магазинах перед Новым годом расхватали) мне пришлось удовлетвориться маской старенькой старушки. Я была в беленьком платке, подвязанном узелком под подбородком, в очках. То ли у нас, то ли у тёти Кати дома нашлись и остальные атрибуты старушечьей одежды: длинная до полу юбка, шаль, шерстяные чулки. Всё это, конечно, было мне очень велико, но тётя Катя искусно подогнала одежду под мой рост, и я выглядела настоящей бабушкой. Тётя Катя нашла текст какого-то стихотворения, которое я должна была выучить, и мы втроём: я, Толя и тётя Катя. – начали репетировать небольшую пьеску.

Read more...Collapse )

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

форрест

J.Brodsky "Bosnia tune"

Баснійскі матыў І. Бродскі

У момант калі пьеш віно,
У момант калі спіш даўно,
Ці ў цябе спатканне будзе
Недзе паміраюць людзі

У ціхіх малых гарадах
Ад узброеных салдат,
Дзе ад вогнішчаў бязлюдзьдзе,
Недзе паміраюць людзі

І ў няведамых мясцінах,
і ў суседніх нам краінах,
крык апошні сцяўшы ў грудзі,
марна паміраюць людзі.

Мусіць кожны выбіраць
За што будзе паміраць.
А за што, ў крыві і брудзе,
Недзе паміраюць людзі?

Так далёка ўсё зайшло:
Брат на брата, зло на зло
Дзе анёлаў спеў не чуцен,
страшна паміраюць людзі.

Каін прыклад нам падаў,
Калі брата забiваў.
І цяпер за барэль брудзі
Недзе паміраюць людзі.

У момант калі спорт глядзіш,
Ці каля калыскі спіш
Кожны твой марудны будзень
Недзе паміраюць людзі

Часу вострае пяро крывёю
Падзяліла нас на катаў і ахвяр.
Вызначыўшы наш народ з табою
Як народ-ваяр.








Bosnia tune by J.Brodsky

As you pour yourself a scotch,
crush a roach, or check your watch,
as your hand adjusts your tie,
people die.
In the towns with funny names,
hit by bullets, cought in flames,
by and large not knowing why,
people die.
In small places you don't know
of, yet big for having no
chance to scream or say good-bye,
people die.
People die as you elect
new apostles of neglect,
self-restraint, etc. - whereby
people die.
Too far off to practice love
for thy neighbor/brother Slav,
where your cherubds dread to fly,
people die.
While the statues disagree,
Cain's version, history
for its fuel tends to buy
those who die.
As you watch the athletes score,
check your latest statement, or
sing your child a lullaby,
people die.
Timee, whose sharp blood-thirsty quill
parts the killed from those who kill,
will pronounce the latter tribe
as your tribe.
форрест

в подражание Пушкину ...

Люблю беречь я ход часов
В тиши ночной, в тиши безмолвной.
Как-будто запертый засов
В секретный мир уединенный
Снимаю я. И наслаждаясь
Тем, как щебечут голоса
Мечтаний, дум, воспоминаний
В главе моей. На полчаса
Даю себе для сих страданий
Отсрочку. Пусть при свете лампы
Ни блики прошлый дней,
Ни яркий свет у рампы
Грядущего не заслонят огней.
Tags:
форрест

Питер Фачинелли и фильм "Косяки"

Единственное, что не нравится мне в этом фильме - название ))
http://www.kinopoisk.ru/film/493386/
Давно мне не попадался такой фильм-история. Никаких тебе клише "секс, драгс, рок-н-ролл", ничего не отвлекает от истории, которую я хочу досмотреть до конца. Одним из главных персонажей здесь выступает Нью-Йорк!
Питер Фачинелли оказался чудесным рассказчиком - он написал увлекательную историю романтичного вора-карманника и шикарно рассказал ее как актер.
Надеюсь, это не единичная его работа! Буду ждать новый сценарий с волнением - удивит или повторится? Но почерк его мне нравится. И Нью-Йорк!
форрест

In God we trust

Мода на имена позволяет мне предполагать, что мужем моей дочери в этой стране станет либо Тимофей, либо Даниил, ну, и, в крайнем случае, Матвей )) Статистика подтвердит, что точность моего прогноза довольно высока )
Насколько случайны такие тенденции, конечно, неизвестно. Но, думаю, в этом, есть определенный смысл. И если поверить в предопределенность таких совпадений, а чаще всего люди стараются назвать ребенка, не как у всех, а выходит - наоборот )), значит, эти случайности совершенно закономерны. Правдивость значений имен, определенно, вызывает сомнения, но если не судить строго...
В начале 20-го века достаточно распространенными мужскими именами были такие, как Александр - "защитник людей", Николай - "победитель народов", Владимир - "владеющий миром", что в историческом контексте было как раз кстати. Мне кажется, история и люди, которые ее творят, связаны более тесно, чем мы думаем.
Может я ошибаюсь, но все они: Тимофей - "почитающий Бога", Даниил - "Божий суд", Матвей - "дар Бога", - дают нам надежду на спасение. In God we trust ))
Tags: